Бронза, литье, огневое золочение, патинирование, белый эмалевый циферблат с черными римскими цифрами и делениями на минуты, стальные вороненые стрелки.
Восьмидневный механизм, получасовой бой, маятник с тросовым приводом.
Размеры (в/ш/г): 50 × 35 × 12 см
Состояние: В хорошей сохранности. Ключ и маятник в комплекте. Проведена профилактика механизма
О предмете
Представленные каминные часы словно заключают в себе целую драму – застывшую, но полную движения. В их композиции – миг, когда стихия бросает вызов человеческому счастью: бурные волны вздымаются бронзовыми завитками, скалы вырастают из основания, а на палубе терпящего крушение корабля — Виргиния. Ее фигура исполнена и решимости, и хрупкости: она будто еще верит, что сможет преодолеть бурю, но в линии склоненной головы уже сквозит предчувствие беды. Тонкая работа мастеров-бронзовщиков превращает металл в живую эмоцию: в каждом изгибе волн, в складках платья, в напряженных мышцах рук читается трагедия, уже неотвратимая, но еще не свершившаяся. Даже циферблат здесь будто не указатель времени, а символ его роковой быстротечности: пока стрелки отсчитывают минуты, судьба героев решается в бушующих волнах.
Эта сцена – кульминация повести Жака‑Анри Бернардена де Сен‑Пьера «Поль и Виргиния», написанной в 1788 году. История начинается в идиллии: на острове Иль‑де‑Франс (современный Маврикий) в гармонии с первозданной природой растут Поль и Виргиния. Их мир – это цветущая долина, где каждый уголок имеет свое имя и свою легенду, где дети, не зная грамоты, постигают мудрость из самой жизни и учатся добродетели не по книгам, а по велению сердца и изучают Евангелие. Их любовь рождается среди тропических садов и тихих ручьев, она чиста и проста, как дыхание ветра в листве пальм.
Но над этой идиллией сгущаются тучи: мать Виргинии, движимая гордостью и мечтами о лучшем будущем, отправляет дочь во Францию, к богатой тетушке. Разлука становится первым испытанием, но не ломает их чувства: Виргиния клянется в верности, а Поль остается ждать, превращая свою долину в место памяти и надежды. Однако судьба готовит героям куда более жестокое испытание. Виргиния, не выдержав разлуки, решает вернуться, садится на корабль – и попадает в шторм. Именно этот миг и запечатлен в бронзе: корабль разбивается о скалы, море торжествует над человеческим замыслом, а Виргиния, верная своему представлению о добродетели, отказывается снять тяжелое платье, чтобы облегчить спасение и гибнет. Поль, ставший невольным свидетелем трагедии, теряет смысл жизни и вскоре уходит вслед за возлюбленной.
Так в изящной композиции каминных часов перекликаются искусство и литература: бронзовая буря становится метафорой той самой стихии, что разрушает хрупкий рай героев. И каждый раз, глядя на эти часы, можно прочесть не только время, но и историю о том, как красота и добродетель столкнулись с неумолимой силой судьбы.
Подобные часы являются частью направления «bon sauvage» (фр. «благородный дикарь») — в нем мастера часто черпали сюжеты из популярной литературы, экзотических и идиллических историй.
